Причины взаимодействия.

В. Н. Гуськов

«Причина (лат. causa) обычно мыслится как явление, действие которого производит, определяет или вызывает другое явление; последнее называют следствием». (Новая философская энциклопедия: В 4 тт. М.: Мысль. Под редакцией В. С. Стёпина. 2001.)

Нас конечно в первую очередь интересует роль в процессе причинения такого явления как взаимодействие. У Свечникова Г. А. находим что «…взаимодействие двух тел одного и того же структурного уровня материи …» является «элементарной ячейкой, атомом всеобщего универсального взаимодействия…». (Г. А. Свечников. «Диалектико-материалистическая концепция причинности», в кн., Современный детерминизм Законы природы. М. 1973г., стр.128). Далее читаем — «взаимодействие вещей A и B состоит в том, что вещь А воздействует на В, а вещь В воздействует на вещь А. Воздействие носит силовой, динамический характер. В естественных науках понятие воздействия конкретизируется в терминах «сила», «энергия», «импульс» и т.д.» (там же стр. 129) Все вроде бы ясно и понятно.
Теперь посмотрим, что представляет из себя детально процесс причинения через взаимодействие.«В результате взаимного воздействия вещей А и В происходит изменение этих вещей». В результате А становится A’, B становится B’. Но на этом процесс, по мнению автора, не завершается – происходит дальнейшее взаимодействие вещей A’ и B’ и становление их A” и B”. Только тогда завершает процесс причинения.
Как видим Г. А. Свечников различает причину: «взаимодействие вещей А и В, вызывающее изменение этих вещей …» и следствие: «изменение тел A’ и B’ вызываемое их взаимодействием …». (там же, стр. 129)
Не понятно к чему такие сложности, которые, кстати, не реализуются в действительности. В дальнейшем мы покажем, что взаимодействие не может привести к таким изменениям объектов, которые послужили бы причиной их нового взаимодействия.

Нам для установления истины нет нужды погружаться в глубины понимания такой «диалектики» причинения, достаточно проанализировать структуру взаимодействия как совокупности взаимных воздействий объектов друг на друга и затем определить причины самого взаимодействия.
Ранее мы уже отмечали что действие (воздействие) есть проявление содержания объекта вне себя – на другой непосредственно с ним контактирующий объект. Однако наличие объекта способного совершить действие еще недостаточно для его возникновения. Хотя действие может возникнуть в любой момент или исчезнуть (в отличие от самой действующей материи), для его возникновения совершенно необходим объект воздействия. К тому же не просто объект, а объект обязательно противодействующий. Вот в противодействии как раз и скрыт единственный, но достаточный мотив к возникновению и реализации действия. Без противодействия действие не может возникнуть по простой причине – несмотря на формальное наличие объекта воздействия, он не может стать объектом изменений, поскольку действовать на что-то не противодействующее  невозможно.
Действие, существующее без противодействия подобно боксеру ведущего «бой с тенью». Любое количество движений совершаемых боксером с любой силой никогда не приведут к нокауту «противника» и не причинят ему даже самых минимальных повреждений (правда и «противник» ему ничем не опасен).
Это только на обыденном уровне движение боксера можно расценивать как удар, как действие не зависимо от того достигло оно объекта воздействия или нет. В реальности действие неразрывно связано с противодействием (встречным действием).  Если бы это было не так, то, одно и то же действие причиняло всегда и во всех возможных объектах одни и те же изменения. Практика показывает, что это не так. Величина изменений в любом из взаимодействующих объектов всегда строго соответствует характеристикам (и не обязательно только динамическим) обоих взаимодействующих объектов. А сама величина оказываемого действия напрямую связана не только с показателями действующего объекта, но и противодействующего.  Так одна и та же пуля без особых изменений может пробить лист бумаги, застрять в дереве или отразиться от бетонной стенки.
Кстати, упругое соударение тел вообще нельзя логически объяснить, если исходить, только, из величины воздействия — это приводит к логическому парадоксу. Его можно сформулировать в виде  «парадокса избыточных изменений».
Предположим, есть два тела, одно из которых покоится, а другое движется с некоторой скоростью. Между ними происходит лобовое упругое столкновение. В результате тело, имеющее движение останавливается, а ранее покоящееся начинает движение с той же скоростью, с которой до этого двигалось первое. Теперь рассмотрим это событие с позиции одностороннего причинения. Действие движущегося тела направлено на неподвижное, потому что оно стоит на его пути и не дает ему далее существовать в неизменном виде. Следовательно, действием должно устраняться данное препятствие. Процесс воздействия и изменения объекта воздействия происходит не в один момент и в нем рано или поздно наступит время, когда скорости тел уравняются и у первоначально воздействующего тела уже не будет причин для дальнейшего изменения (ускорения) другого тела. Да он просто не в состоянии будет это сделать!
Т. о. «передав» ранее покоящемуся телу половину своего движения и разрешив тем самым возникшее между ними противоречие первый объект должен «мирно сосуществовать» со вторым в смежном пространстве, двигаясь с одинаковой с ним скоростью. Однако в действительности этого не происходит, движущееся тело передает все свое внешнее движение объекту воздействия, а само останавливается. Здесь как будто нарушается принцип наименьшего действия, принцип его достаточности.  Появляется избыточное, логически не объяснимое действие и изменение.

И подобное несоответствие логически верно построенного рассуждения  с действительностью можно при желании обнаружить при анализе всех процессов одностороннего (контактного) упругого воздействия. И что характерно – всегда действительное изменение тел в два раза будет превосходить величину предполагаемого достаточного изменения. Спрашивается, почему действительность оказывается здесь столь «расточительной» (избыточной) в изменениях в сравнении с «экономной» логикой рассуждения?  Ответ можно найти в сравнительном анализе упругого и не упругого взаимодействия, которое завершается как раз так, как мы и предполагали в нашем рассуждении. Физик сразу объяснит различие результатов именно разной упругостью тел. С позиций теоретической (классической) физики он, конечно, будет прав, но для этого необходимо объяснять происходящее уже не односторонним воздействием, а взаимодействием, учитывая свойства обоих объектов, их противостояние.
Мы также объясним происходящее с позиций действительного, а не одностороннего причинения, но позднее – когда определимся с причинами взаимодействия.
Необходимо отметить, что современная физическая теория в объяснении происходящего между физическими объектами пошла в другом направлении и отказалась даже от представлений об одностороннем воздействии как закономерном процессе, что было характерно для классической физики. Она объясняет динамическое изменение объектов даже не односторонним процессом причинения, а формальной передачей порций материального содержания от одного объекта к другому.
Из того факта что одни материальные объекты могут испускать, а другие поглощать частицы теоретики пришли к выводу что в этом и состоит собственно действие и взаимодействие объектов. Т. о. проблема несоответствия логически мыслимого причинения реальному процессу с позиций современной физической теории решается известным «способом Македонского». Однако его нельзя признать корректным поскольку, разрубив «гордиев узел» противоречий в теории, ученые не привели в соответствие наши представления о происходящем между объектами с реальностью, а наоборот еще более удалились от нее.

Автор данной статьи не видит иного разрешения парадокса «избыточности изменений» кроме как в приведении в соответствие наших представлений о происходящем между контактирующими объектами, с действительностью. А путь для этого возможен один – нужно не абстрагироваться от воздействия как процесса преобразования и видеть в нем формальную передачу, а наоборот – включить его в действительно существующее отношение в виде непосредственного взаимодействия в качестве не элемента, а стороны процесса. Процесса, в котором нет отдельных независимых друг от друга действий.
Нужно, наконец, понять, что встречное действие объекта воздействия есть тот единственно возможный «канал» (зона доступа) через который действие может достичь объекта и реализоваться в его изменении. Понять, что  действия во взаимодействии не могут осуществляться по отдельности или параллельно в смежном пространстве. Они едины диалектически и не могут по отдельности не только реализоваться но даже возникнуть.
Действия во взаимодействие не привносятся извне и не «складируются» в нем. Поэтому в одном взаимодействии не могут находиться три, четыре и т. д. объектов.  Взаимодействие это «сплав», состоящий исключительно только из двух действий, который объективно несравнимо более крепкий, чем сплав любых металлов или любых других компонентов. Во взаимодействии бесполезно «копаться» анатомируя его в поисках составляющих его целостных элементов в виде «атомов взаимодействия», т. е. действий. Их просто не существует как частей, элементов взаимодействия – они стороны взаимодействия и нигде кроме как в единстве друг с другом быть не могут.
В результате взаимодействия объекты в части первоначального противостояния становятся подобными друг другу. Во взаимодействии происходит становление противоположностей друг другом, они как бы «меняются» местами. Таким образом, происходит разрешение противоречия между взаимодействующими объектами, в этом собственно и состоит диалектика взаимодействия.

К сожалению, объяснить достаточно внятно происходящее во взаимодействии, используя физические термины, практически невозможно, поскольку с момента своего зарождения физическая теория приспосабливалась для объяснения, происходящего в природе именно с позиций одностороннего действия. Поэтому наши представления естественным образом связывают приобретение одним объектом движения (энергии, импульса) с  действием другого объекта, а остановку действующего объекта потерей этого движения (энергии, импульса) все тем же действующим объектом. Все просто как в арифметике: здесь прибавили, там — отняли.
Если даже согласиться под напором логики что действие не может существовать без противодействия, и что они равны физически, то поиски конкретного результата этого противодействия ни к чему не приведут. Причина этому одна — физическая теория, а вслед за ней и наше сознание (мы же все ее изучаем хотя бы в минимальном объеме) не только все изменения в объекте воздействия но и все изменения в действующем объекте связывают с совершенным действием. Не будем отрицать что если бы действие существовало вне взаимодействия то совершение его требовало бы от объекта затрат которые в точности (а иначе и быть не может – законы сохранения!) равнялись бы произведенным в объекте воздействия изменениям. Но на самом деле действие это преобразование в рамках взаимодействия и его реализация приводит к становлению противостоящего содержания подобным действующему а противостоящее содержание в нем самом встречному действию другого объекта становится подобным ему. В этом и состоит механизм преобразования взаимодействующих сторон. к нему больше ничего нельзя добавить но ничего нельзя и отнять.
Прямая связь существует только между действием и изменениями в объекте воздействия. Связи между собственным действием объекта и изменениями в нем самом нет! Поэтому изменения, которые появляются в действующем объекте, не есть следствие его действия, а являются воплощением противодействия другого объекта. Эти изменения однозначно связаны с противодействующим объектом (точнее — с его действием). И то, что изменения во взаимодействующих объектах в точности равны друг другу есть следствие равенства действий во взаимодействии, а не следствие перехода какой-то величины от объекта к объекту.
Как только мы это поймем, так сразу будет виден не только результат действия в объекте воздействия, но и результат его противодействия в первом объекте. Этот результат в нашем примере с упругим взаимодействием как раз и состоит в наделении первоначально движущегося объекта состоянием покоя. Т. о. все встает на свои места: одно действие производит изменения (и воплощается в них) в объекте воздействия, а встречное действие того объекта воплощается в изменениях первого объекта. Никаких изменений в объекте вызванных его собственным действием на другой объект не происходит. Все изменения в любом из взаимодействующих объектов строго соответствуют действию другого объекта. Поэтому всегда не только приобретение движения одним взаимодействующим объектом, но и приобретение «покоя» другим требует абсолютно  одинаковых усилий. [В дальнейшем мы убедимся что если включать в содержание объекта всю материю находящуюся в пределах его границ, то никаких материальных потерь при взаимодействии не происходит и не может произойти.]

Вывод – объекты не могут в процессе взаимодействия «перебрасываться» квантами — порциями (реальными или виртуальными) физического содержания. Они могут, только действуя друг на друга, изменять друг друга. Взаимодействуя объекты, преобразуют друг друга таким образом, что противостоящее в них «меняется» местами, взаимно «переходит» от объекта к объекту.

Обратимся теперь  к схеме «структурного (диалектического) причинения»  в статье В. Кулигина «Причинность и взаимодействие в физике»
(http://n-t.ru/tp/ns/pvf.htm). (Развернутый комментарий к этой статье В. Кулигина будет дан в конце нашей статьи.)

pvf_p01

Рис. 1  «Структурная (диалектическая) модель причинности»

Из схемы видно, что в ней задействовано взаимодействие, но взаимодействие воспринимается как формальная совокупность действий. Поскольку активные воздействия вынесены за пределы взаимодействия, то роль взаимодействия в процессе причинения становится формальной. Устраним этот недостаток, расставим объекты по местам в соответствии с ходом причинения, а также удалим временной вектор, который становится на схеме не уместным.

 

 

img0 (9)

                                                       Рис. 2

Теперь мы видим, что начальное состояние объекта №1 связано с конечным состоянием объекта №2, поскольку именно в нем его действие производит изменения. Точно также связано начальное состояние объекта №2 с конечным состоянием объекта №1. Однако для понимания  действительного акта причинения внесенных  в схему изменений недостаточно.
На схеме не нашла отражение зависимость взаимодействия от взаимодействующих объектов — оно как бы возникает и существует само по себе. Получается что теперь уже не одиночные действия самодостаточны, а взаимодействие в целом. Глубокомысленные изречения типа:  «…взаимодействие является истинной causa finalis вещей» мало чего дают для понимания действительной роли элементарного взаимодействия в процессе конкретного акта причинения, поскольку замыкают взаимодействие на самое себя.
На самом деле конечно, взаимодействие имеет свои причины, и кроются они в объектах, участвующих во взаимодействии.

Нужно также учитывать что объекты, попавшие в «механизм» преобразования – взаимодействие, изменяются не вообще, а в вполне конкретной своей части. Той части, которая представляет собой содержание причины. Все остальное содержание объектов в процессе преобразования не участвует и, следовательно, не должно отражаться на схеме акта причинения.
Учитывая сказанное, заменим начальные и конечные состояния объектов №1 и №2 на причины и следствия №1 и №2. При этом нужно учитывать  что под причиной №1 или №2 может выступать любой из взаимодействующих объектов, а вот под следствием обязательно  противостоящий ему. Так если в качестве причины №1 выступает объект №1, то следствие №1 будет находиться в объекте №2.

Нужно учесть также что причина и следствие во взаимодействии предстают только в виде сторон отношения и не более того. Объективно выделить причину из взаимодействия при всем старании не получится. Можно только лишь абстрагируясь от объективной целостности взаимодействия, т. е. субъективно расчленяя его выделить из него отдельную причину. Но тогда и она будет абстракцией (призраком, существующим только в сознании субъекта), которая сама по себе никаким образом не может быть причиной реальных изменений.

Реальное взаимодействие это не абстрактная и не обобщенная «универсальная причина», а процесс преобразования причины в следствие. Именно эта роль в акте причинно-следственной связи является для взаимодействия определяющей. Поэтому заменим на схеме «взаимодействие как универсальную причину» на «взаимодействие как процесс преобразования причины в следствие».

img0 (10)

                                                          Рис. 3

Однако и в таком виде схема имеет не завершенный вид. Недостатком этой схемы является неконкретность указанных причин и следствий.
В чем же состоит причина взаимодействия? В первую очередь для возникновения непосредственного взаимодействия необходим  контакт между объектами. И не просто контакт, который бы обеспечивал смежность существования объектов, а такой за которым бы стояло «требование» (вытекающее из самого способа существования объектов) совмещения их бытия в одном и том же. Это «требование» совмещения существования объектов в одном и том же месте, точке или в чем-то другом совершенно необходимое основание для их взаимодействия но недостаточное. Помимо него должно быть совершенно противоположное основание, которое не позволяло бы, реализоваться первому. Таким основанием может стать только несовместимость объектов. И действительно если природа объектов требует от них совместиться в одном и том же, а содержание их окажется совместимым то они, беспрепятственно совместившись, пройдут сквозь друг друга, не изменяя и не изменяясь.

Т. о. мы приходим к выводу, что достаточным основанием (причиной) для возникновения взаимодействия объектов является наличие двух взаимоисключающих факторов происходящих из самой их природы и присущих в равной мере им обоим. Один из «требует» обязательного совмещения объектов, а другой в той же мере исключает это совмещение. Эта совокупность «требования» совмещения и вместе с тем объективная несовместимость объектов и является причиной их взаимодействия. Как видим причина взаимодействия обязательно двойственная т. к. заключена в равной мере в каждом объекте и кроме того каждая из них состоит из двух взаимоисключающих факторов.

С определением конкретного содержания следствия вроде бы проблем не должно быть – ведь оно образуется путем преобразования причины, становления причины следствием. Значит в нем есть все то что есть и в причине только это содержание причины в ходе взаимодействия симметрично «меняется» местами в пространстве и следует во времени за причиной. Тем не менее как показывает практика величина каждого причинного фактора может в разных актах причинения варьироваться в больших пределах. В зависимости от их различных сочетаний процесс причинения проходит по разному что приводит к большому разнообразию результатов (следствий).
Так, например, несовместимость объектов может оказаться столь большой и неустранимой что потребует максимально возможного преобразования способа существования. Не устранимая несовместимость, в конце концов, приводит не только к полному преобразованию внешнего движения (что мы и наблюдаем при упругом взаимодействии равных масс – вспомним связанный с ним парадокс избыточных (вроде бы) изменений), но и к преобразованию части внутреннего движения во внешнее. Именно отсюда появляется обратное движение у объекта с малой массой при его упругом взаимодействии с массивным телом.
И, наоборот – при практически полном отсутствии несовместимости объекты разрешают противоречие с минимальными изменениями способа существования практически только за счет устранения несовместимости. Парадокс «избыточных изменений» связан с ошибочной логикой рассуждения, которая исходит из односторонности воздействия. На самом деле нет ничего противоестественного в том, что для разрешения противоречия требуется изменить способ существования объектов в необходимой для этого мере.
Т. о. мы приходим к выводу, что причинные факторы могут изменяться в разной степени. Но всегда тем или иным образом устраняется требование существования объектов в одном и том же. А фактор несовместимости может быть либо устранен, либо просто стать неактуальным (в качестве причины взаимодействия). Содержание объектов остается в принципе несовместимым, но поскольку требования совмещения уже нет, то и несовместимость не может стать единственной причиной взаимодействия.

img0 (11)

Рис. 4 Объективно неделимая ячейка причинно-следственной связи.

Теперь, когда мы определились с содержанием ячейки (звена, акта) причинно-следственной связи можно разобраться с их связью между собой и выяснить какова общая структура сети причинения.

Сразу «бросается в глаза» строгая последовательность присущая элементарному акту причинения: объекты (причина) — взаимодействие как явление (процесс преобразования причины в следствие) — объекты (следствие). Однако продлить далее в виде линии цепочку причинения состоящей из такой последовательности не получится. Следствие в виде двух преобразованных во взаимодействии объектов не могут стать (непосредственно сразу же) полной (совокупной) причиной последующего взаимодействия. Без сомнений каждый из них будет участвовать в последующих взаимодействиях но уже с другими объектами. Значит, они будут выступать в качестве одного из компонентов причины этих взаимодействий, но каждый своего. Т. о. не начавшись, цепь линейного причинения сразу и обрывается. Именно поэтому в начале статьи, цитируя В. Г. Свечникова, мы отметили не реальность предложенной автором последовательности причинения, в которой объекты (как следствие) первого взаимодействия тут же вместе становятся причиной следующего преобразования.
В действительности если вычленить из объемной сети причинно-следственных связей единичное одномерное звено (ячейку) причинения, то последующие причинно-следственные события будут развиваться подобно цепной термоядерной реакции, вовлекая в них все новые объекты.

img0 (12)

 

Рис. 5

Конечно, если рассматривать объекты, выступающие в качестве причин 1 и 2 в трехмерном пространстве то, причинные связи их будут множиться. Окажется, что они участвуют во множестве взаимодействий, которые при этом находятся в разной стадии развития. А это значит, что все объекты действительности в одно и то же время являются множественными причинами и следствиями.

Завершая этот далеко не полный анализ формирования причинно-следственной связи в объективной действительности следует вернуться к первоначально данному определению причины взятому из энциклопедии. Как видим в нем нашел отражение формализованный односторонний подход к процессу причинения. Как мы убедились, никакое явление не может стать непосредственной причиной другого явления – их причинение происходит через материальные объекты.
С другой стороны и единичный материальный объект не может стать причиной своего собственного изменения, т. е. причиной даже самого элементарного явления – взаимодействия. Причина явлений всегда двойственная и заключена в двух материальных объектах.
В свою очередь единичное явление не в состоянии привести к изменению только одного объекта – следствие всегда (как минимум) двоится.
Нельзя сказать что элементарное взаимодействие абсолютно не является причинным фактором, а только «средством» (механизмом) преобразования причины в следствие. Просто преобразовательная роль взаимодействия преобладает над причинной значимостью.  Кроме того, для представления взаимодействия в качестве причины необходимо не только выделить отдельную ячейку причинения состоящую из двух объектов находящихся в состоянии взаимодействия из общей объемной сети причинно-следственных связей, но и расчленить объективно неделимый акт причинения на несуществующие части (элементы).

[Необходимо отметить, что в ходе рассуждения материальные объекты понимались автором с определенной долей формализма. Это нашло выражение в том, что содержание объектов отождествлялось с материя заключенной в его пространственных границах, не зависимо от ее значимости в образовании структуры объектов.]

 

 

Подробный комментарий к статье В. Кулигина  «Причинность и взаимодействие в физике». (http://n-t.ru/tp/ns/pvf.htm)

Статья написана в девяностых годах прошедшего столетия. Несмотря на это она сохранила свою актуальность и поныне. Мы оставляем без комментариев многое из материала статьи, поскольку нас в данном случае интересует исключительно объективная роль взаимодействия в процессе причинения.

Цитируемый текст выделен.  

Многообразие проявлений причинно-следственных связей в материальном мире обусловило существование нескольких моделей причинно-следственных отношений.

За этим многообразием скрывается элементарность. Объективное причинение в своей основе —  элементарном акте, представляет собой причинно-следственную связь между двумя объектами (причина) – их взаимодействием (процесс преобразования причины в следствие) – два (как минимум) объекта (следствие). В обобщенном виде: причина – взаимодействие – следствие (преобразованная причина).

 Исторически сложилось так, что любая модель этих отношений может быть сведена к одному из двух основных типов моделей или их сочетанию.

а) Модели, опирающиеся на временной подход (эволюционные модели). Здесь главное внимание акцентируется на временной стороне причинно-следственных отношений. Одно событие – «причина» – порождает другое событие – «следствие», которое во времени отстает от причины (запаздывает). Запаздывание – отличительный признак эволюционного подхода. Причина и следствие взаимообусловлены. Однако ссылка на порождение следствия причиной (генезис), хотя и законна, но привносится в определение причинно-следственной связи как бы со стороны, извне. Она фиксирует внешнюю сторону этой связи, не захватывая глубоко сущности.

Главный вопрос не во временном соотношении причины и следствия (поскольку следствие есть преобразованная причина, то здесь нет никаких вариантов). Главное в понимании реальных причинных связей. А действительность такова, что никакое событие никогда и нигде не может «породить» другое событие. Объективная причинно-следственная связь, если в ней отсутствует действительная причина в виде двух объектов, не просто абстрактна, но не осуществима в принципе.

б) Модели, опирающиеся на понятие «взаимодействие» (структурные или диалектические модели). Смысл названий мы выясним позже. Главное внимание здесь уделяется взаимодействию как источнику причинно-следственных отношений. В роли причины выступает само взаимодействие. Большое внимание этому подходу уделял Кант, но наиболее четкую форму диалектический подход к причинности приобрел в работах Гегеля. Из современных советских философов этот подход развивал Г.А. Свечников [1], который стремился дать материалистическую трактовку одной из структурных моделей причинно-следственной связи.

Взаимодействие это не источник причинно-следственных связей, а объективный способ разрешения противоречия между двумя материальными объектами. Взаимодействие не может быть причиной, поскольку причина и следствие находится в нем в таком диалектическом единстве, что отделить их друг от друга без нарушения объективной целостности процесса невозможно. Причинность, понимаемая как взаимодействие, не имеет естественного развития, она замыкается на саму себя. О диалектичности взглядов Г.А. Свечникова не будем повторяться.

Выделим некоторые из дискутируемых проблем.

а) Проблема одновременности причины и следствия. Это основная проблема. Одновременны ли причина и следствие или разделены интервалом времени? Если причина и следствие одновременны, то почему причина порождает следствие, а не наоборот? Если же причина и следствие неодновременны, может ли существовать «чистая» причина, т.е. причина без следствия, которое еще не наступило, и «чистое» следствие, когда действие причины кончилось, а следствие еще продолжается? Что происходит в интервале между причиной и следствием, если они разделены во времени, и т.д.?

Проблема одновременности надуманна она существует только потому что исследователи не имеют четких представлений о том, что является причиной происходящего в материальной действительности где возникает противоречие (которое и есть причина) и как оно разрешается. А деление неделимого ни к чему кроме как к парадоксам привести не может.

 б) Проблема однозначности причинно-следственных отношений. Порождает ли одна и та же причина одно и то же следствие или же одна причина может порождать любое следствие из нескольких потенциально возможных? Может ли одно и то же следствие быть порожденным любой из нескольких причин?

Эта проблема также существует, пока нет ясного представления об однозначности связи причинных факторов с процессом их преобразования. Она подобна, по сути, вопросу о равенстве действий во взаимодействии или о содержательной тождественности причины и следствия. Может ли причина «породить» разные следствия, если следствие и есть причина только видоизмененная? Ответ однозначен.

в) Проблема обратного воздействия следствия на свою причину.

Если следствие однозначно есть преобразованная причина то, о каком обратном воздействии может идти речь? Пора бы понять, что действительность однозначна и то, что есть, не может никаким образом (кроме как в воображении субъекта) действовать на то чего уже нет.

г) Проблема связи причины, повода и условий. Могут ли при определенных обстоятельствах причина и условие меняться ролями: причина стать условием, а условие – причиной? Какова объективная взаимосвязь и отличительные признаки причины, повода и условия?

С нашей точки зрения повод это и есть причина только иносказательно выраженная. Условием же является все, что не есть причина.

Решение этих проблем зависит от выбранной модели, т.е. в значительной степени от того, какое содержание будет заложено в исходные категории «причина» и «следствие». Дефиниционный характер многих трудностей проявляется, например, уже в том, что нет единого ответа на вопрос, что следует понимать под «причиной». Одни исследователи под причиной мыслят материальный объект, другие [3] – явление, третьи [4] – изменение состояния, четвертые – взаимодействие и т.д.

Выбирать модели можно бесконечно. А ответ на вопрос о том, что есть причина в объективном мире, является определяющим. Без ответа на него нет смысла двигаться дальше в исследовании, дискуссии или обсуждении. Как видим из предложенных вариантов содержания причины исследователи неверно мыслят. Ни материальный объект (один), явление, ни изменение состояния и даже ни взаимодействие не являются действительными причинами происходящего. Только два противостоящих объекта способны привести в движение «механизм» причинения (их собственного преобразования).

 К решению проблемы не ведут попытки выйти за рамки модельного представления и дать общее, универсальное определение причинно-следственной связи. В качестве примера можно привести следующее определение: «Причинность – это такая генетическая связь явлений, в которой одно явление, называемое причиной, при наличии определенных условий неизбежно порождает, вызывает, приводит к жизни другое явление, называемое следствием» [5]. Это определение формально справедливо для большинства моделей, но, не опираясь на модель, оно не может разрешить поставленных проблем (например, проблему одновременности) и потому имеет ограниченную теоретико-познавательную ценность.

Между тем если несколько модернизировать данное определение причины оно вполне будет соответствовать действительности. Причинность – это такая генетическая связь двух противостоящих объектов, которая неизбежно приводит их к преобразованию, что устраняет противоречие между ними и означает переход причины в следствие.

Мы считаем, что принцип причинности имеет всеобщий и объективный характер и его применение не знает ограничений.

В этом следует полностью согласиться с автором.

Попытаемся установить границу применимости моделей эволюционного типа. Причинно-следственные цепи, удовлетворяющие эволюционным моделям, как правило, обладают свойством транзитивности [6]. Если событие А есть причина события В (В – следствие А), если, в свою очередь, событие В есть причина события С, то событие А есть причина события С. Если А → В и В → С, то А → С. Таким способом составляются простейшие причинно-следственные цепи.

Мы уже показали что никакое событие А не может быть непосредственной причиной события В и уж тем более события С. Таким образом составляются не «простейшие причинно-следственные связи», а формируется ложное понимание причин происходящего в объективном мире.

Событие В может выступать в одном случае причиной, в другом – следствием. Эту закономерность отмечал Ф. Энгельс: «… причина и следствие суть представления, которые имеют значение, как таковые, только в применении к данному отдельному случаю: но как только мы будем рассматривать этот отдельный случай в общей связи со всем мировым целым, эти представления сходятся и переплетаются в представлении универсального взаимодействия, в котором причины и следствия постоянно меняются местами; то, что здесь или теперь является причиной, становится там или тогда следствием и наоборот» (т. 20, с. 22).

Никакое событие не может выступать ни причиной, ни следствием – событие как целостное явление служит,  как и элементарное взаимодействие «механизмом» преобразования причины в следствие. По поводу «универсального взаимодействия» как всеобщей связи можно только уточнить, что причины и следствия не меняются местами, а каждый объект в любой момент времени есть одновременно и причина (частичная) одного события в котором он находится и следствие (также частичное) другого уже состоявшегося противостояния. Здесь следует заметить,  что использование автором «универсального взаимодействия» в качестве непосредственной причины конкретного изменения состояния конкретных объектов как это он делает в своей схеме «структурной (диалектической) модели причинности» не корректно. Изменения, происходящие в конкретных объектах невозможно увязать с абстрактным, всеобщим явлением. Здесь изменения конкретны и их причина также должна быть конкретна.

… в основе причинно-следственных связей лежит не самопроизвольное волеизъявление, не прихоть случая и не божественный перст, а универсальное взаимодействие.

Еще раз подчеркнем что «универсальное взаимодействие» не лежит и не может лежать в основе причинно-следственных связей. Это обобщающее понятие оно отражает всеобщую связь всего со всем. В основе (как элементарном акте причинения) находится элементарное взаимодействие служащее «механизмом» преобразования причины в следствие.

 

Взаимодействие универсально и составляет основу причинности. Как справедливо отмечал Гегель, «взаимодействие есть причинное отношение, положенное в его полном развитии» [7].

То, что элементарное взаимодействие универсально – с этим не поспоришь. Прав и Гегель, если его выражение понимать как реализацию причинения через взаимодействие.

 

 Еще более четко сформулировал эту мысль Ф. Энгельс: «Взаимодействие – вот первое, что выступает перед нами, когда мы рассматриваем движущуюся материю в целом с точки, зрения теперешнего естествознания… Так естествознанием подтверждается то… что взаимодействие является истинной causa finalis вещей. Мы не можем пойти дальше познания этого взаимодействия именно потому, что позади его нечего больше познавать» (т. 20, с. 546).

Еще раз повторим – здесь речь идет о «универсальном взаимодействии» понимаемом как всеобщая связь. Если представить конкретное элементарное взаимодействие в качестве  «истинной конечной причины вещей» то мы вынуждены будем признать полную замкнутость такого «звена» причинения, его самодостаточность что совершенно не реально.

Поскольку взаимодействие составляет основу причинности, рассмотрим взаимодействие двух материальных объектов, схема которого приведена на рис. 1. Данный пример не нарушает общности рассуждений, поскольку взаимодействие нескольких объектов сводится к парным взаимодействиям и может быть рассмотрено аналогичным способом.

Автор без всякого обоснования переходит от идеи «универсального взаимодействия» к конкретному взаимодействию как элементу любого явления. К сожалению, схему его (на рис. 1.) обнаружить не удалось. Однако поскольку автор рассматривает отношение нескольких объектов тоже как взаимодействие, то становится ясно – о диалектической связи действий во взаимодействии речь не идет.

Нетрудно видеть, что при взаимодействии оба объекта одновременно воздействуют друг на друга (взаимность действия). При этом происходит изменение состояния каждого из.взаимодействующих объектов. Нет взаимодействия – нет изменения состояния [8]. Поэтому изменение состояния какого-либо одного из взаимодействующих объектов можно рассматривать как частное следствие причины – взаимодействия. Изменение состояний всех объектов в их совокупности составит полное следствие.

Первое предложение цитаты только подтверждает, что автор не видит диалектической связи действий во взаимодействии. Для реальных действий нет нужды постулировать  или доказывать их одновременность, поскольку они не одновременны, а едины во времени. Действия (воздействия) это не отдельные одновременные события, а стороны одного объективно неделимого процесса – взаимодействия. Почему-то автор мысль о том, что если «нет взаимодействия – нет изменения состояния» объектов не продолжает и не делает ее логически завершенной – нет противоречия между объектами – нет взаимодействия – нет и изменений. Тогда бы и звено причинно-следственной связи приобрело законченный вид: причина – взаимодействие (преобразование причины в следствие) – следствие.

Вернемся к структурной модели. По своей структуре и смыслу она превосходно согласуется с первым законом диалектики – законом единства и борьбы противоположностей, если интерпретировать:

– единство – как существование объектов в их взаимной связи (взаимодействии);

Диалектическое единство между взаимодействующими объектами действительно есть, но только не в том виде, в каком его понимает автор. Одновременность действий, их встречная направленность и даже равенство это еще не диалектика. Диалектичной их связь станет только тогда, когда они будут едины во времени, а не одновременны, станут не смежными (параллельными) в пространстве, а едины — выступая в качестве сторон, а не частей взаимодействия.

 – противоположности – как взаимоисключающие тенденции и характеристики состояний, обусловленные взаимодействием;

Противоположность характеристик состояний не обусловлены взаимодействием, напротив  именно их противоположность обуславливает взаимодействие. Как раз та противоположность характеристик состояний объектов, которая предшествует взаимодействию и приводит их к взаимодействию, а затем к становлению этих противоположностей следствием взаимодействия. Формально, если абстрагироваться от преобразовательного процесса во взаимодействии, противоположности переходят в следствие через смену объектов.

– борьбу – как взаимодействие;

С этим следует согласиться, если только понимать взаимодействие диалектически.

– развитие – как изменение состояния каждого из взаимодействующих материальных объектов.

Изменение состояния материальных объектов более общее понятие, чем развитие. Развитие предполагает конкретное направление изменений, а не изменений вообще.

Поэтому структурная модель, опирающаяся на взаимодействие как причину, может быть названа также диалектической моделью причинности. Из аналогии структурной модели и первого закона диалектики следует, что причинность выступает как отражение объективных диалектических противоречий в самой природе, в отличие от субъективных диалектических противоречий, возникающих в сознании человека. Структурная модель причинности есть отражение объективной диалектики природы.

Как мы убедились эта модель, как и «эволюционная» не является «отражением объективной диалектики природы». Поэтому ее можно назвать моделью формально и субъективно понимаемой диалектики природы.

Рассмотрим пример, иллюстрирующий применение структурной модели причинно-следственных отношений. Таких примеров, которые объясняются с помощью данной модели, можно найти достаточно много в естественных науках (физике, химии и др.), поскольку понятие «взаимодействие» является основополагающим в естествознании.

Позволим себе не согласиться с этим утверждением. Все обстоит как раз наоборот! В физике прочно утвердилось понятие реальности не просто одностороннего воздействия, а его максимально формализованного варианта в виде элементарной передачи материального содержания от одного объекта к другому. Совокупность таких «явлений» даже приближенно нельзя считать взаимодействием.

 Возьмем в качестве примера упругое столкновение двух шаров: движущегося шара А и неподвижного шара В. До столкновения состояние каждого из шаров определялось совокупностью признаков Сa и Сb (импульс, кинетическая энергия и т.д.). После столкновения (взаимодействия) состояния этих шаров изменились. Обозначим новые состояния С’a и С’b. Причиной изменения состояний (Сa → С’a и Сb → С’b) явилось взаимодействие шаров (столкновение); следствием этого столкновения стало изменение состояния каждого шара.

Все формально верно, но что значит «состояния этих шаров изменились»? Каким образом произошло это изменение и в чем оно выразилось в объекте, который потерял, «отдал» свой импульс и кинетическую энергию? Что он приобрел конкретно в результате действия на него покоящегося шара? Эти вопросы волнуют умы людей, а физики-теоретики в ответ заявляют — это не суть важно – главное мы знаем результат произошедшего и можем его математически   интерпретировать. В этом они как раз и заблуждаются. Без принципиального знание происходящего во взаимодействии нельзя объективно судить о происходящем в природе, поскольку взаимодействие – это суть всего происходящего, любого движения и изменения вообще.

Рассмотрим теперь, какие качества удерживает в себе структурная модель причинности. Отметим среди них следующие: объективность, универсальность, непротиворечивость, однозначность.

Объективность причинности проявляется в том, что взаимодействие выступает как объективная причина, по отношению к которой взаимодействующие объекты являются равноправными. Здесь не остается возможности для антропоморфного истолкования. Универсальностьобусловлена тем, что в основе причинности всегда лежит взаимодействие.Причинность универсальна, как универсально само взаимодействие.Непротиворечивость обусловлена тем, что, хотя причина и следствие (взаимодействие и изменение состояний) совпадают во времени, они отражают различные стороны причинно-следственных отношений. Взаимодействие предполагает пространственную связь объектов, изменение состояния – связь состояний каждого из взаимодействующих объектов во времени.

 

Что можно еще добавить к сказанному ранее по поводу объективности субъективного, универсальности не существующего и диалектической непротиворечивости формально объединенного?

Помимо этого структурная модель устанавливает однозначную связь в причинно-следственных отношениях независимо от способа математического описания взаимодействия. Более того, структурная модель, будучи объективной и универсальной, не предписывает естествознанию ограничений на характер взаимодействий. В рамках данной модели справедливы и мгновенное дально- или близкодействие, и взаимодействие с любыми конечными скоростями. Появление подобного ограничения в определении причинно-следственных отношений явилось бы типичной метафизической догмой, раз и навсегда постулирующей характер взаимодействия любых систем, навязывая физике и другим наукам натурфилософские рамки со стороны философии, либо ограничило пределы применимости модели настолько, что польза от такой модели оказалась бы весьма скромной.

Не понятно о какой «однозначной связи» идет речь. Причинно-следственные отношения в качестве причины, в которых выступает взаимодействие, не может ни к чему привести кроме как к появлению конкретного следствия в виде измененного состояния объектов. Далее причинно-следственная связь обрывается, поскольку у последующих взаимодействий нет внешних причин – они должны причинять сами себя. Поэтому либо все взаимодействия сами беспричинны либо они не могут возникнуть вообще.

Может быть, структурная модель и настолько демократична что «не предписывает естествознанию ограничений на характер взаимодействий» и они могут быть любыми. Но действительность «предписывает» взаимодействию строго определенный «характер». Во первых действие не может существовать в отрыве от содержания объекта совершающего его. И если субъект утверждает, что объект действует там, где нет его то, тем самым он, впадает в логическое противоречие. Ведь для реализации действия обязательно потребуется материальное содержание которое в нем воплощается. Значит там где совершается действие оно есть, но если мы признаем что оно принадлежит удаленному действующему объекту то тем самым признаем его присутствие в точке совершения действия. И наоборот – если мы будем отрицать принадлежность этого действующего содержания удаленному объекту, то у нас не будет никаких оснований для утверждения, что это его содержание проявляется в действии. Значит, каким бы образом не решался данный парадокс в любом случае окажется, что удаленный от места совершения действия объект не может совершить это действие. Соответственно на любом дальнодействии будь оно мгновенным или осуществляемым с любой скоростью можно без всяких сомнений поставить крест.

По поводу навязывания естествознанию «метафизических догм» и «натурфилософских рамок со стороны философии». Всем хорошо известно что продуктивно учить кого-то можно только при наличии желания со стороны обучаемого. Думается в данном случае для естествознания просто нет достаточно внятной концепции которой она могла бы заинтересоваться. А поскольку без философских оснований невозможно построить никакую более или менее законченную физическую теорию то физика сама занимается не свойственным ей делом. Что из этого получается хорошо если проанализировать существующие философские основы физики.

 Здесь уместно было бы остановиться на вопросах, связанных с конечностью скорости распространения взаимодействий. Рассмотрим пример. Пусть имеются два неподвижных заряда. Если один из зарядов начал двигаться с ускорением, то электромагнитная волна подойдет ко второму заряду с запаздыванием. Не противоречит ли данный пример структурной модели и, в частности, свойству взаимности действия, поскольку при таком взаимодействии заряды оказываются в неравноправном положении? Нет, не противоречит. Данный пример описывает не простое взаимодействие, а сложную причинную цепь, в которой можно выделить три различных звена.

1. Взаимодействие первого заряда с объектом, который вызывает его ускорение. Результат этого взаимодействия – изменение состояния источника, воздействовавшего на заряд, и в частности потеря этим источником части энергии, изменение состояния первого заряда (ускорение) и появление электромагнитной волны, которая излучилась первым зарядом при его ускоренном движении.

2. Процесс распространения электромагнитной волны, излученной первым зарядом.

3. Процесс взаимодействия второго заряда с электромагнитной волной. Результат взаимодействия – ускорение второго заряда, рассеяние первичной электромагнитной волны и излучение электромагнитной волны вторым зарядом.

В данном примере мы имеем два различных взаимодействия, каждое из которых укладывается в структурную модель причинности. Таким образом, структурная модель превосходно согласуется как с классическими, так и с релятивистскими теориями, а конечная скорость распространения взаимодействий не является принципиально необходимой для структурной модели причинности.

Поскольку автор обнаруживает в этом процессе причинно-следственную связь то вполне уместно спросить его – а в чем она выражается в периоды между взаимодействиями, как они причинно связаны между собой и вообще какова роль в ней «процесса распространения электромагнитной волны»?  Ведь констатация факта распространения электромагнитной волны это не элемент такой связи. Если она есть взаимодействие, то чего с чем, а если процесс в чем-то отличный от взаимодействия, то в чем именно? Поэтому если каждое конечное звено и «укладывается в структурную модель причинности» то, что их причинно объединяет? Все эти вопросы остаются без ответа. На самом деле здесь конечно присутствует не два, а три взаимодействия, поскольку процесс распространения волны это такой же процесс взаимодействия как любой другой. (Вне взаимодействия нет, и не может быть никаких процессов, движений, изменений.) Затем на каждом этапе причинения объекты, вступающие во взаимодействия, сами становятся причиной последующего взаимодействия и появления следствия в виде собственных преобразований. А вот полной причиной дальнейшего взаимодействия они не являются, и быть не могут. Появляется новый причинный фактор в виде третьего объекта, который совместно с одним из следствий предшествующего взаимодействия становится причиной нового взаимодействия. Никакой линейной связи между двумя взаимодействиями нет и быть не может.

Вместе с тем автор совершенно верно связывает скорость с распространением взаимодействий, а не отдельного взаимодействия. Взаимодействие как явление фиксировано в месте его совершения. Распространяться могут только сменяющие друг друга последовательные взаимодействия.

Что касается того что «конечная скорость распространения взаимодействий не является принципиально необходимой для структурной модели причинности», то это может быть и так. Но для действительности она является совершенно необходимой! Ведь если бы скорость распространения взаимодействий была мгновенной (вернее ее вообще бы не было) то, следовательно, само взаимодействие не имело бы длительности. Значит, ни какие процессы не могли бы длиться во времени, а совершались бы мгновенно, тем самым все происходящее не имело бы протяженности во времени.

Как это следует понимать? Как все это можно согласовать с имеющей место быть если не бесконечно существующей во времени действительностью, то, по крайней мере, тот период, который находит практическое подтверждение?

 Касаясь структурной модели причинности, отметим, что ей не противоречат реакции распада и. синтеза объектов. В этом случае между объектами либо разрушается относительно устойчивая связь как особый вид взаимодействия, либо такая связь образуется в результате взаимодействия.

Хотелось бы узнать что-нибудь поподробнее об «особом виде взаимодействия, которое обеспечивает устойчивую связь между объектами». Между прочим, такой «особый вид взаимодействия» необходим по логике вещей и для образования «устойчивых связей» и внутри объекта, если конечно он не представляет собой абсолютный монолит, корпускулу.

Поскольку, по идеи, подобное взаимодействие должно представлять собой нечто принципиально отличное от взаимодействия несовместимостей, в котором разрешаются противоречие между объектам, то на каких принципах отличных от диалектических оно должно быть построено? Искать эти принципы  конечно можно, а скорее всего даже и нужно. Однако все попытки объяснить такое единство допустим, элементарным притяжением, потерпят, скорее всего, неудачу. Это так поскольку само притяжение нуждается не в меньше аргументированном обосновании.

С точки зрения автора комментария, как это ни странно, природа может обойтись и скорее всего так она и «поступает» одним видом взаимодействия – взаимодействием противоборствующих противоположностей. (Каким образом это может реализоваться – об этом подробнее в следующей статье.)

… путь становления квантовых теорий лежит не через отрицание или ограничение, а через утверждение причинности в микромире.

Конечно, с мнением автора о роли причинности в микромире следует согласиться, вот только понимаем причинность мы по-разному.

Динамика – теоретический раздел, который включает в себя полное причинно-следственное описание и объяснение, опираясь на структурную модель причинно-следственных отношений. В этом смысле кинематика может считаться подразделом динамики.

В динамике (разделе физики) конечно, есть «процессуальная» составляющая, однако она связана преимущественно не с описанием и объяснением процесса взаимодействия, а всего лишь воздействия. Поэтому говорить о какой-то полноте описания и тем более объяснения причинно-следственных отношений в динамике говорить не приходится.

 … связь уравнений Максвелла и уравнения движения Лоренца обеспечивает достаточно полное причинно-следственное описание явлений электромагнетизма.

Максвелл  в своей работе «…..» напрямую указывал на необходимость серьезного философского анализа происходящего между электрическими зарядами. По не выясненной причине этого сделано не было. Но судя по имеющимся работам, как философов, так и физиков-теоретиков, ни те, ни другие не видели (и не видят) в этом никаких проблем. В результате господствующее положение в физике да и вообще в науке заняла так называемая  «концепция опосредованного близкодействия» которая по существу была абсолютно дальнодействующей. Которая продолжает являться основой и современной теоретической физики, но еще в более «упрощенном» варианте. Суть конечно не в том, как называется та или иная концепция. Главное в ее соответствии действительности, а вот это как раз указанной концепции не присуще.

Структурная модель позволяет неразветвленные линейные причинно-следственные цепи свести к двум основным типам.

а) Объектная причинная цепь. Образуется тогда, когда мы выделяем какой-либо материальный объект и следим за изменением его состояния во времени. Примером могут служить наблюдения за состоянием броуновской частицы, или за эволюциями космического корабля, или за распространением электромагнитной волны от антенны передатчика до антенны приемника.

Здесь речь идет о одной стороне к тому же не существующей «объективной причинной цепи». В природе нет никаких линейных цепей, которые можно было бы представить в виде линейного причинения. Поэтому наблюдение за изменяющимся во времени состоянием объекта требует в первую очередь абстрагирования от реальной объемной сети причинения, а затем уже абстрагирования от полученной таким образом однонаправленной, в геометрической прогрессии расширяющейся, сети причинения. И что мы сможем обнаружить, наблюдая «за распространением электромагнитной волны» кроме скорости ее распространения и расширения в пространстве?

б) Информационная причинная цепь. Появляется, когда мы следим не за состоянием материального объекта, а за некоторым информирующим явлением, которое в процессе вза-имодействий различных материальных объектов связано последовательно во времени с различными объектами. Примером может служить передача устной информации с помощью эстафеты и т.п.

Функция информационности присуща всем без исключения явлениям, но она возникает только при наличии отражающего (воспринимающего) действительность своими органами чувств и сознанием субъекта. Без субъекта такой «тип причинно-следственной цепи» природе не нужен. Можно ли в таком случае говорить о ее безусловном наличии.

 Если в структурной модели взаимодействие выступает истинной causa finalis – конечной причиной, то в эволюционной – действующей причиной (causa activa) становится явление или событие.

Спрашивается – какая разница между взаимодействием и явлением, событием? Разве взаимодействие это не элементарное явление, событие?

 

Общение с автором: v.gusckow@yandex.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *